Были ли 28 панфиловцев. Панфиловцы

https://www.сайт/2016-11-15/pochemu_dazhe_spustya_75_let_istoriya_28_geroev_panfilovcev_vyzyvaet_spory

«Кровью и жизнью удержали рубеж»

Почему даже спустя 75 лет история 28 героев-панфиловцев вызывает споры

Генерал-майор Иван Панфилов (слева), начальник штаба 316 дивизии Иван Серебряков (в центре), батальонный комиссар Сергей Егоров. Снимок сделан 18 ноября 1941 годаС. Калмыков / РИА Новости

75 лет назад, 16 ноября 1941 года, 316 дивизия генерала Ивана Панфилова приняла бой с наступавшими вдоль Волоколамского шоссе на Москву немецкими дивизиями. Стараниями военкоров это сражение стало известно всей стране как подвиг 28 панфиловцев. Спустя десятилетия министр культуры РФ, доктор исторических наук Владимир Мединский назвал «мразями конченными» всех, кто «пытается прикасаться» к этой «святой легенде»..

Первая информация о сражениях в районе Волоколамского шоссе с участием дивизии «командира Панфилова» появилась 19 ноября 1941 года в статье корреспондента газеты «Известия» Г. Иванова «8-я Гвардейская дивизия в боях». В ней сообщалось о награждении воинского соединения орденом Красного Знамени, переименовании из 316-й стрелковой в 8-ю гвардейскую и, ниже, о бое одной из рот 1075 стрелкового полка.

«И тогда свершилось то, о чем нельзя говорить без восторга, - написал корреспондент. - Как только враг приблизился на 25-30 метров, группа героев обрушила на него шквал противотанкового огня. В результате горячей схватки девять танков были подбиты, три сожжены, а остальные, не выдержав упорного сопротивления смельчаков, повернули назад».

«Дикая дивизия»

316-я дивизия была сформирована в Алма-Ате к августу 1941 года в составе 1073, 1075, 1077 стрелкового и 857 артиллерийского полков. Возглавил ее военный комиссар Киргизской АССР, генерал-майор Иван Панфилов. 18 августа 1941 года дивизия перебрасывается на фронт к Новгороду. Заняв позиции во втором эшелоне армии в районе поселке Крестцы, дивизия месяц оборудует полосу обороны. В начале октября дивзию перебрасывают под Москву. До ноября бойцы 316-й дивизии участвуют в обороне Волоколамска, отбиваясь от атак четырех дивизий вермахта (2, 5, 11 - танковых и 35-й пехотной).

К началу ноября, когда немцы прорвали оборону соседей, дивизия Панфилова отходит на новый рубеж и занимает оборону восточнее и юго-восточнее Волоколамска. 16-20 ноября бойцы 316-й сражаются против двух танковых и пехотной дивизии вермахта, пытавшихся прорваться на стыке «панфиловцев» и кавалерийской группы генерал-майора Льва Доватора по Волоколамскому шоссе к Москве. 18 ноября, за день до переименования, в боях за деревню Гусенево от осколка немецкой мины, угодившего в висок, по воспоминаниям полковника Михаила Катукова (позднее маршал бронетанковых войск СССР), гибнет сам комдив Иван Панфилов.

В боях 16-20 ноября 316-я стрелковая/8-я гвардейская дивизия совместно с группой Доватора и 1-й гвардейской танковой бригадой задержали наступление 46 моторизованного корпуса (5 и 11 танковые дивизии) и 5 армейского корпуса (2 танковая, 35 и 106 пехотные дивизии). Спустя несколько дней при отступлении через Истринское водохранилище и реку Истра были взорваны все водоспуски, что вновь осложнило продвижение немецких войск к Москве.

Командовавший 4-й танковой группой, потерпевшей поражение в осенних сражениях с 316-й дивизией, генерал-полковник Эрих Гепнер называл противника в своих донесениях командующему группой «Центр» Федору фон Боку «дикой дивизией, воюющей в нарушение всех уставов и правил ведения боя, солдаты которой не сдаются в плен, чрезвычайно фанатичны и не боятся смерти».

В декабре 8 гвардейская дивизия Панфилова освобождала Крюково, в январе-апреле 1942 года вела бои с дивизией СС «Мертвая голова» и участвовала в Демянской операции. Но только бои 16 ноября 1941 года вошли во все учебники по истории Великой Отечественной войны под названием «подвиг 28 панфиловцев».

Роль СМИ в истории панфиловцев

Пожалуй, самую серьезную роль в этом сыграли журналисты. Через восемь дней после статьи Иванова в «Известиях» о 8 гвардейской дивизии, 27 ноября, в газете «Красная звезда» выходит заметка военного корреспондента Василия Коротеева «Гвардейцы Панфилова в боях за Москву». «Больше четырех часов сдерживала группа бойцов пятой роты 54 немецких танка. Кровью и жизнью своей гвардейцы удержали рубеж. Они погибли все до одного, но врага не пропустили, - сообщалось в этой публикации. - Гвардейцы упрямо отбивались, защищая позиции Диева. В результате боя противник потерял 800 солдат и офицеров убитыми и 18 танков».

На следующий день, 28 ноября, на передовице все той же «Красной звезды» выходит статья «Завещание 28 павших героев» литературного секретаря газеты Александра Кривицкого, в которой впервые появляется точное число погибших панфиловцев. «Смалодушничал только один из двадцати девяти. Когда немцы, уверенные в своей легкой победе, закричали гвардейцам: «Сдавайс!» - только один поднял руки вверх. Несколько гвардейцев одновременно, не сговариваясь, без команды выстрелили в труса и предателя. Это гвардейцы Красной армии, не колеблясь, уничтожили одного, хотевшего своей изменой бросить тень на двадцать восемь отважных», - написал Кривицкий.

Имена «двадцати восьми отважных» впервые перечислили в публикации «О 28 павших героях» от 22 января 1942 года все в той же «Красной звезде» за подписью все того же Кривицкого. В ней, в частности, раскрывалось, кто был на самом деле политруком Диевым: «К окопу добрался политрук роты Клочков. Только теперь мы узнали его настоящую фамилию. Страна прославила его под именем Диева. Так назвал его однажды красноармеец украинец Бондаренко. Он говорил: «Наш политрук постоянно дие» - по-украински значит - работает». В этой же публикации возникла приписываемая Василию Клочкову фраза, позже вошедшая во все учебники: «…Велика Россия, а отступать некуда. Позади Москва!»

РИА Новости

Описанный Коротеевым и Кривицким подвиг 28 бойцов вызвал широкий резонанс и был растиражирован в различных, в том числе поэтических, произведениях. Совершенно логическим завершением этой истории на тот момент стало решение президиума Верховного Совета Союза ССР от 21 июля 1942 года о присвоении всем погибшим 28 человекам звания Героя Советского Союза посмертно.

«Сегодня мы публикуем Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР о присвоении звания Героя Советского Союза 28 павшим героям-гвардейцам: Ананьеву, Безродному, Болотову, Бондаренко, Васильеву, Добробабину, Дутову, Емцову, Есибулатову, Келейникову, Касаеву, Клочкову, Кожебергенову, Конкину, Крючкову, Максимову, Митину, Митченко, Москаленко, Натарову, Петренко, Сенгирбаеву, Тимофееву, Трофимову, Шадрину, Шапокову, Шемякину, Шепеткову. Их имена сверкают в лучах золотых звезд и воскрешают в памяти суровые дни ноября прошлого года», - напечатала 22 июля газета «Красная звезда».

«Двое предателей для передовицы - слишком»

Казалось бы, все на этом: журналисты что называется «отработали тему», страна узнала своих героев, руководство страны достойным образом отметило их подвиг. Но в ноябре 1947 года военной прокуратурой Харьковского гарнизона за измену родине был арестован Иван Добробабин. Согласно имевшимся у прокуратуры сведениям, Добробабин с весны 1942 года перешел к немцам и служил в немецкой полиции. В ходе расследования неожиданно выяснилось, что именно он является тем самым Иваном Евстафьевичем Добробабиным, который числится одним из 28 погибших героев-панфиловцев, и ему посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Вдобавок из показаний самого задержанного выяснилось, что ничего из того, что было рассказано о 28 героях-панфиловцах ранее, в том числе о нём самом, на самом деле не было. В процессе предпринятого прокуратурой расследования выяснилось также, что из 28 героически погибших в бою у Дубосеково советских солдат ещё четверо из списка - Васильев, Шемякин, Шадрин и Кужебергенов - на самом деле не погибли.

Дмитрий Астахов / РИА Новости

На допрос вызвали авторов первоисточника - корреспондента «Красной звезды» Василия Коротеева, литредактора Александра Кривицкого и главного редактора Давида Ортенберга. Выяснилось, что на передовую они не ездили, а эпизод с битвой у разъезда Дубосеково описали с чужих слов. Более того, когда Коротеев написал первую заметку и вернулся в Москву, главредактор Ортенберг, готовя материал к печати, попросил его уточнить, сколько было человек в роте. Коротеев ответил, что около 30, но было двое предателей. Редактор решил, что двое для передовицы - это слишком, в итоге появилось 29 человек, одного из которых застрелили сами бойцы. Фамилии же бойцов были даны корреспонденту Кривицкому из списков личного состава командиром роты капитаном Павлом Гундиловичем.

К слову, есть мнение, что расследование по делу о 28 панфиловцах, предпринятое военной прокуратурой, часть кампании, санкционированной Иосифом Сталиным против командования вооруженных сил СССР. В том числе против «маршала Победы» Георгия Жукова, авторитет которого после войны был на чрезвычайно высоком уровне, и маршала Константина Рокоссовского. Осенью 1941 года именно Рокоссовский командовал 16 армией, в состав которой входила 316-я стрелковая дивизия Панфилова.

Мединский vs Мироненко

Сейчас, по прошествии 75 лет, уже не осталось никого из истинных свидетелей этой истории. Последний из перечисленных в том списке 28 панфиловцев, Иван Добробабин, ушёл из жизни 20 лет назад, в 1996 году. Во времена СССР описанный журналистами «Красной звезды» «подвиг 28 панфиловцев» не принято было публично подвергать сомнению. В ельцинскую эпоху все зависело от учителя. Демократически настроенные историки рассказывали школьникам как есть - история плод творчества журналистов, служивший примером героизма. Прочие продолжали давать прежнюю линию изложения.

Неожиданным образом история получила новое звучание после интервью гендиректора Госархива РФ, доктора исторических наук Сергея Мироненко, данного газете «Коммерсантъ» в апреле 2015 года, в преддверии 70-летия победы в Великой Отечественной войне.

litrossia.ru

В беседе с журналистами Мироненко процитировал справку-доклад главного военного прокурора вооруженных сил СССР Николая Афанасьева от 10 мая 1948 года: «Подвиг 28 гвардейцев-панфиловцев, освещенный в печати, является вымыслом корреспондента Коротеева, редактора «Красной Звезды» Ортенберга и в особенности литературного секретаря газеты Кривицкого. Этот вымысел был повторен в произведениях писателей Н. Тихонова, В. Ставского, А. Бека, Н. Кузнецова, В. Липко, Светлова и других и широко популяризировался среди населения Советского Союза». «Есть исторические факты, есть документы, которые их подтверждают. А всем остальным пусть занимаются психологи», - подчеркнул тогда Мироненко.

Подобные заявления Мироненко делал уже не в первый раз. Аналогичное интервью с ним выходило, например, еще в 2011 году в «Комсомольской правде». Однако именно это стало причиной для бурной реакции со стороны министра культуры РФ, также доктора исторических наук Владимира Мединского. Он рекомендовал тогда архивным работникам (имея в виду, очевидно, Мироненко) заниматься «тем, за что государство им платит деньги, а не осваивать смежные профессии», то есть «представлять людям документы». «А дальше пусть уже журналисты делают выводы», - подчеркнул Мединский (журналист по образованию).

medialeaks.ru

В марте 2016 года Мироненко вынужден был уйти с поста директора Госархива РФ. В октябре Мединский презентовал художественный фильм о 28 панфиловцах президентам РФ Владимиру Путину и Казахстана Нурсултану Назарбаеву во время их встречи в Астане. Общаясь после просмотра ленты с журналистами, Мединский сказал: «Моё глубочайшее убеждение заключается в том, что даже если бы эта история была выдумана от начала и до конца, даже если бы не было Панфилова, даже если бы не было ничего - это святая легенда, к которой просто нельзя прикасаться. А люди, которые это делают, мрази конченые».

Субъективно, удивление вызывает только одно - непримиримость. Тем более что в позиции, изложенной Мироненко, и в позиции, изложенной Мединским, не так и много противоречий: это легенда, сформированная в качестве примера мужества и героизма. Да, она не соответствует историческим фактам. Но стоит ли спорить об этом до сих пор? Ведь 28 панфиловцев это что-то сродни истории о 300 спартанцах - история, ставшая легендой, и легенда, ставшая историей. Это стоит уже принять как факт. Исторический.

Панфиловцы – воины 316-й стрелковой дивизии (с 18 ноября 1941 г. - 8-я гвардейская, с 23 ноября - имени ее погибшего командира генерал-майора И.В. Панфилова), проявивший в октябре - ноябре 1941 г. во время Московской битвы массовый героизм в оборонительных боях на волоколамском направлении.

Беспримерный героизм и стойкость 16 ноября проявили 28 воинов 4-й роты 2-го батальона 1075-го стрелкового полка под командованием политрука Василия Георгиевича Клочкова, занимавшими оборону в 7 км юго-восточнее Волоколамска, в районе разъезда Дубосеково.

Панфиловцы в 4-х часовом бою уничтожили 18 вражеских танков и почти все погибли, в том числе Клочков, но не пропустили немецкие танки. 28 панфиловцам было присвоено звание Героя Советского Союза. Этот бой известен в истории как подвиг 28 героев-панфиловцев. 1975 год – на месте боя воздвигнут мемориальный ансамбль „Подвигу 28“».

28 панфиловцев (альтернативные версии подвига)

Современными историками бой у Дубосеково представляется в абсолютно другом свете. Некоторые из них вообще ставят под сомнение официальную версию боя 28 панфиловцев.

Сколько было панфиловцев?

Расследование, которое проводилось после войны МГБ и военной прокуратурой, показало, что в легендарном бою у разъезда Дубосеково принимало участие не 28 «гвардейцев-панфилофцев», а рота в полном составе численностью в 120–140 человек, которая была смята немецкими танками, успев подбить лишь 5–6 из них. Уцелело не больше 25–30 бойцов, остальные погибли или оказались в плену.

Ошибка закралась в первых газетных сообщениях о подвиге панфиловцев, потому как журналисты со слов политработников решили, что рота была в неполном составе и насчитывала только 30 человек. Поскольку было известно, что в начале боя двое бойцов перебежали к фашистам, главный редактор «Красной звезды» Давид Ортенберг вычел из 30-ти двоих предателей и получил число 28, которое стало каноническим. Однако в очерке он разрешил написать только об одном предателе, которого красноармейцы будто бы тут же расстреляли. Два предателя, да еще на 30 человек, было бы очень много и не позволяло бы говорить о ничтожном отщепенце.

Упоминания о бое

О бое с такими подробностями нет упоминаний ни в советских, ни в немецких официальных документах. О нем ничего не сообщает ни командир 2-го батальона (в который входила 4-я рота) майор Решетников, ни командир 1075-го полка полковник Капров, ни командир 316-й дивизии генерал-майор Панфилов, ни командующий 16-й армией генерал-лейтенант Рокоссовский. Никаких сообщений о нем нет и в немецких источниках (а ведь потеря в одном бою 18 танков для конца 1941 года была для фашистов заметным событием).

Легендарный подвиг вымысел журналистов?

Версию о том, что боя, как такового, вообще не было, публично озвучили многие историки. Сергей Мироненко, который тогда руководил государственным архивом, официально заявил, что вся история о подвиге панфиловцев – это только миф. Основываясь на рассекреченных архивах некоторые из историков пришли к выводу, что легендарный подвиг был вымыслом журналиста «Красной Звезды» Александра Кривицкого (литературного секретаря газеты), который первый и рассказал о бое. Оказавшись на передовой, он попытался написать очерк о происходящих событиях. Все о бое было записано со слов действующего комиссара дивизии, который в мельчайших деталях рассказал о сражении. Бой вела 4-я рота, состоявшая из солдат в количестве более 120 человек, а не 28 героев, как было сказано впоследствии в печатном издании. Многие факты искажены.

На допросе Кривицкий показал: При разговоре в ПУРе с т. Крапивиным он интересовался, откуда я взял слова политрука Клочкова: «Россия велика, а отступать некуда - позади Москва», - я ему ответил, что это выдумал я сам…

Кривицкий и Коротеев, авторы материала опубликованного в «Красной Звезде», в ходе проверки заявили, что основывались лишь на устных рассказах однополчан погибших и своих коллег, военных корреспондентов, но ни с кем, кто мог наверняка знать подробности сражения, знакомы не были. Военная прокуратура пришла к выводу, что история в том виде, в каком она была опубликована в «Красной Звезде», является художественным вымыслом журналистов. Но бой в действительности был.

Неожиданный арест

1948 год – в Харьковской обл. арестовали, попавшего во время войны в плен к немцам, бывшего военнослужащего Добробабина. Во время ареста при нем была найдена книга, с описанием подвига панфиловцев и, в частности, указывалось и его имя как одного из погибших участников сражения. Главной военной прокуратурой СССР было проведено расследование, в ходе которого удалось выяснить, что еще несколько человек, считавшихся погибшими в бою у разъезда Дубосеково, в действительности выжили, а описанное столкновение, приведенное журналистами, не имеет прямых документальных подтверждений - причем сам факт боя под сомнение не ставился.

В живых остался не только Иван Добробабин. «Воскресили» Даниила Кужебергенова, Григория Шемякина, Иллариона Васильева, Ивана Шадрина. Поздней стало известно, что жив и Дмитрий Тимофеев. Все они в бою у Дубосеково были ранены, Кужебергенов, Шадрин и Тимофеев прошли через немецкий плен.

Из показаний комполка Капрова

В полку Ильи Карпова служили все 28 героев-панфиловцев. На допросе в прокуратуре в 1948 г. Капров (командир 1075-го стрелкового полка) показал: «Никакого боя 28 панфиловцев с фашистскими танками у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 г. не было - это сплошной вымысел. Тем днем у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона с танками немцев вела бой 4-я рота, и в действительности дралась геройски. Из роты погибло более 100 человек а не 28, как об этом написано в газетах. Никто из корреспондентов ко мне не обращался в то время; никому никогда не сообщал о бое 28 панфиловцев, да и не мог сказать, потому как такого боя не было. Никакого политдонесения на этот счет я не писал. Я не знаю, основываясь на каких материалах писали в газетах, в частности в «Красной звезде», о бое 28 гвардейцев из дивизии им. Панфилова.

Мемориал у разъезда Дубосеково, посвященный подвигу 28 героев-панфиловцев

Бой у Дубосеково был

Согласно показаниям местных жителей, 16 ноября 1941 г. у разъезда Дубосеково в действительности шел бой советских солдат с немцами. Шесть бойцов, включая политрука Клочкова, похоронили жители окрестных деревень.

Никто не ставит под сомнение то, что бойцы 4-й роты у разъезда Дубосеково дрались героически.

Не вызывает сомнений и тот факт, что 316-я стрелковая дивизия генерала Панфилова в оборонительных боях на Волоколамском направлении в ноябре 1941 года смогла сдержать вражеский натиск, что стало важнейшим фактором, позволившим нанести немцам поражение под Москвой.

Согласно архиву Минобороны СССР, весь 1075-й стрелковый полк 16 ноября 1941 г. уничтожил 15 или 16 танков и около 800 человек личного состава неприятеля. То есть можно говорить о том, что 28 бойцов у разъезда Дубосеково не уничтожали 18 танков и не погибли все.

Выводы

Основываясь на пояснениях очевидцев боя и сотни рассекреченных архивов историкам все-же удалось установить истину – бой на самом деле был, и подвиг был. Только вот факт существования этих самых 28 панфиловцев так и остался под большим вопросом.

Оригинал взят у kritik в Настоящая история «28 панфиловцев» . Факты и документальные сведения

Сегодня пойду на фильм «28 панфиловцев» . И хотел бы узнать реальную историю этих «героических» людей, чтобы при написании отзыва о фильме - знать насколько сценарий искажает действительность.


Расчёт 45-мм противотанковой пушки 53-К на окраине деревни под Москвой, ноябрь — декабрь 1941 года



Наибольшую известность из воинов дивизии получили 28 человек («герои-панфиловцы», или «28 героев-панфиловцев») из числа личного состава 4-й роты 2-го батальона 1075-го стрелкового полка. Согласно широко распространённой в СССР версии события, 16 ноября, когда началось новое наступление немцев на Москву, бойцы 4-й роты во главе с политруком Василием Клочковым, осуществляя оборону в районе разъезда Дубосеково в 7 км к юго-востоку от Волоколамска, совершили подвиг, в ходе 4-часового боя уничтожив 18 вражеских танков. Все 28 человек, в советской историографии называемые героями, погибли (позже стали писать «почти все»). Фраза «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва!», которую, по версии журналистов «Красной звезды», произнёс перед смертью политрук Клочков, была включена в советские школьные и вузовские учебники по истории.

В 1948 и 1988 годах официальная версия подвига была изучена Главной военной прокуратурой СССР и признана художественным вымыслом. По мнению Сергея Мироненко, «не было 28 героев-панфиловцев — это один из мифов, насаждавшихся государством». При этом сам факт тяжёлых оборонительных боёв 316-й стрелковой дивизии против 2-й и 11-й немецких танковых дивизий (прим. численность личного состава немецких дивизий значительно превосходила советскую) на Волоколамском направлении 16 ноября 1941 года и проявленный при этом бойцами дивизии героизм не оспаривался.

Исторический анализ

По материалам расследования Главной военной прокуратуры, о подвиге героев впервые сообщила газета «Красная звезда» 27 ноября 1941 года в очерке фронтового корреспондента В. И. Коротеева. В статье об участниках боя говорилось, что «погибли все до одного, но врага не пропустили»; командиром отряда, по словам Коротеева, был «комиссар Диев».

По другим сведениям, первая публикация о подвиге появилась 19 ноября 1941 года, спустя всего два дня после событий у разъезда Дубосеково. Корреспондент «Известий» Г. Иванов в своей статье «8-я Гвардейская дивизия в боях» описывает бой в окружении одной из рот, оборонявшейся на левом фланге 1075-го стрелкового полка И. В. Капрова: подбито 9 танков, сожжено — 3, остальные повернули обратно.

Критика официальной версии

Критики официальной версии, как правило, приводят следующие аргументы и предположения:
О бое с данными подробностями ничего не сообщает ни командир 2-го батальона (в котором состояла 4-я рота) майор Решетников, ни командир 1075-го полка полковник Капров, ни командир 316-й дивизии генерал-майор Панфилов, ни командующий 16-й армией генерал-лейтенант Рокоссовский. Ничего не сообщают о нём и немецкие источники (в то время как потеря в одном бою 18 танков в конце 1941 года была бы для немцев заметным событием).
Неясно, каким образом Коротеев и Кривицкий узнали большое количество подробностей данного боя. Информация о том, что сведения были получены в госпитале от смертельно раненого участника боя Натарова, сомнительна, поскольку, согласно документам, Натаров погиб за два дня до боя, 14 ноября.
К 16 ноября численность личного состава 4-й роты была полной, то есть в ней не могло быть всего 28 солдат. По свидетельству командира 1075-го стрелкового полка И. В. Капрова, в роте было около 140 человек.

Материалы расследования

В ноябре 1947 года Военной прокуратурой Харьковского гарнизона был арестован и привлечён к уголовной ответственности за измену Родине И. Е. Добробабин. Согласно материалам дела, будучи на фронте, Добробабин добровольно сдался в плен немцам и весной 1942 года поступил к ним на службу. Служил начальником полиции временно оккупированного немцами села Перекоп Валковского района Харьковской области. В марте 1943 года при освобождении этого района от немцев Добробабин как изменник был арестован советскими органами, но из-под стражи бежал, вновь перешёл к немцам и опять устроился на работу в немецкой полиции, продолжая активную предательскую деятельность, аресты советских граждан и непосредственное осуществление принудительной отправки рабочей силы в Германию.

При аресте у Добробабина была найдена книга о 28 героях-панфиловцах, и оказалось, что он числится одним из главных участников этого героического боя, за что ему и присвоено звание Героя Советского Союза. Допросом Добробабина было установлено, что в районе Дубосекова он действительно был легко ранен и пленён немцами, но никаких подвигов не совершал, и всё, что написано о нём в книге о героях-панфиловцах, не соответствует действительности. В связи с этим Главная военная прокуратура СССР провела обстоятельное расследование истории боя у разъезда Дубосеково. Результаты были доложены Главным военным прокурором Вооружённых Сил страны генерал-лейтенантом юстиции Н. П. Афанасьевым Генеральному прокурору СССР Г. Н. Сафонову 10 мая 1948 года. На основании этого доклада 11 июня была составлена справка за подписью Сафонова, адресованная А. А. Жданову.

Впервые публично в достоверности истории о панфиловцах усомнился Э. В. Кардин, опубликовавший в журнале «Новый мир» (февраль 1966) статью «Легенды и факты». После этого, однако, он удостоился персональной отповеди от Леонида Брежнева, который назвал отрицание официальной версии «клеветой на героическую историю нашей партии и нашего народа».

В конце 1980-х годов последовал ряд новых публикаций. Важным аргументом стала публикация рассекреченных материалов расследования военной прокуратуры 1948 года. В 1997 году в журнале «Новый мир» за авторством Николая Петрова и Ольги Эдельман была опубликована статья «Новое о советских героях», в которой утверждалось (в том числе на основании приведённого в статье текста совершенно секретной справки «О 28 панфиловцах»), что 10 мая 1948 года официальная версия подвига была изучена Главной военной прокуратурой СССР и признана литературным вымыслом.

В частности, в этих материалах содержатся показания бывшего командира 1075-го стрелкового полка И. В. Капрова:

…Никакого боя 28 панфиловцев с немецкими танками у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 года не было — это сплошной вымысел. В этот день у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона с немецкими танками дралась 4-я рота, и действительно дралась геройски. Из роты погибло свыше 100 человек, а не 28, как об этом писали в газетах. Никто из корреспондентов ко мне не обращался в этот период; никому никогда не говорил о бое 28 панфиловцев, да и не мог говорить, так как такого боя не было. Никакого политдонесения по этому поводу я не писал. Я не знаю, на основании каких материалов писали в газетах, в частности в «Красной звезде», о бое 28 гвардейцев из дивизии им. Панфилова. В конце декабря 1941 года, когда дивизия была отведена на формирование, ко мне в полк приехал корреспондент «Красной звезды» Кривицкий вместе с представителями политотдела дивизии Глушко и Егоровым. Тут я впервые услыхал о 28 гвардейцах-панфиловцах. В разговоре со мной Кривицкий заявил, что нужно, чтобы было 28 гвардейцев-панфиловцев, которые вели бой с немецкими танками. Я ему заявил, что с немецкими танками дрался весь полк и в особенности 4-я рота 2-го батальона, но о бое 28 гвардейцев мне ничего не известно… Фамилии Кривицкому по памяти давал капитан Гундилович, который вёл с ним разговоры на эту тему, никаких документов о бое 28 панфиловцев в полку не было и не могло быть. Меня о фамилиях никто не спрашивал. Впоследствии, после длительных уточнений фамилий, только в апреле 1942 года из штаба дивизии прислали уже готовые наградные листы и общий список 28 гвардейцев ко мне в полк для подписи. Я подписал эти листы на присвоение 28 гвардейцам звания Героя Советского Союза. Кто был инициатором составления списка и наградных листов на 28 гвардейцев — я не знаю.


Расчёт противотанкового ружья ПТРД-41 на позиции во время битвы за Москву. Московская область, зима 1941-1942 года

Приведены также материалы допроса корреспондента Коротеева:

Примерно 23—24 ноября 1941 года я вместе с военным корреспондентом газеты «Комсомольская правда» Чернышёвым был в штабе 16-й армии… При выходе из штаба армии мы встретили комиссара 8-й панфиловской дивизии Егорова, который рассказал о чрезвычайно тяжёлой обстановке на фронте и сообщил, что наши люди геройски дерутся на всех участках. В частности, Егоров привёл пример геройского боя одной роты с немецкими танками, на рубеж роты наступало 54 танка, и рота их задержала, часть уничтожив. Егоров сам не был участником боя, а рассказывал со слов комиссара полка, который также не участвовал в бою с немецкими танками… Егоров порекомендовал написать в газете о героическом бое роты с танками противника, предварительно познакомившись с политдонесением, поступившим из полка…

В политдонесении говорилось о бое пятой роты с танками противника и о том, что рота стояла «насмерть» — погибла, но не отошла, и только два человека оказались предателями, подняли руки, чтобы сдаться немцам, но они были уничтожены нашими бойцами. В донесении не говорилось о количестве бойцов роты, погибших в этом бою, и не упоминалось их фамилий. Этого мы не установили и из разговоров с командиром полка. Пробраться в полк было невозможно, и Егоров не советовал нам пытаться проникнуть в полк.

По приезде в Москву я доложил редактору газеты «Красная звезда» Ортенбергу обстановку, рассказал о бое роты с танками противника. Ортенберг меня спросил, сколько же людей было в роте. Я ему ответил, что состав роты, видимо, был неполный, примерно человек 30—40; я сказал также, что из этих людей двое оказались предателями… Я не знал, что готовилась передовая на эту тему, но Ортенберг меня ещё раз вызывал и спрашивал, сколько людей было в роте. Я ему ответил, что примерно 30 человек. Таким образом, и появилось количество сражавшихся 28 человек, так как из 30 двое оказались предателями. Ортенберг говорил, что о двух предателях писать нельзя, и, видимо, посоветовавшись с кем-то, решил в передовой написать только об одном предателе.

Допрошенный секретарь газеты Кривицкий показал:

При разговоре в ПУРе с т. Крапивиным он интересовался, откуда я взял слова политрука Клочкова, написанные в моём подвале: «Россия велика, а отступать некуда — позади Москва», — я ему ответил, что это выдумал я сам…

…В части же ощущений и действий 28 героев — это мой литературный домысел. Я ни с кем из раненых или оставшихся в живых гвардейцев не разговаривал. Из местного населения я говорил только с мальчиком лет 14—15, который показал могилу, где похоронен Клочков.

…В 1943 году мне из дивизии, где были и сражались 28 героев-панфиловцев, прислали грамоту о присвоении мне звания гвардейца. В дивизии я был всего три или четыре раза.

Вывод расследования прокуратуры:

Таким образом, материалами расследования установлено, что подвиг 28 гвардейцев-панфиловцев, освещённый в печати, является вымыслом корреспондента Коротеева, редактора «Красной звезды» Ортенберга и в особенности литературного секретаря газеты Кривицкого...

Повторно обстоятельствами подвига Главная военная прокуратура СССР занималась в 1988 году, по результатам чего главный военный прокурор генерал-лейтенант юстиции А. Ф. Катусев опубликовал в «Военно-историческом журнале» (1990, № 8-9) статью «Чужая слава». В ней он сделал вывод, что «массовый подвиг всей роты, всего полка, всей дивизии безответственностью не совсем добросовестных журналистов преуменьшили до масштаба мифического взвода». Этого же мнения придерживается директор Государственного архива РФ доктор исторических наук С. В. Мироненко.

Документальные свидетельства о бое

Командир 1075-го полка И. В. Капров (показания, данные на следствии по делу панфиловцев):

…В роте к 16 ноября 1941 года было 120—140 человек. Мой командный пункт находился за разъездом Дубосеково, 1,5 км от позиции 4-й роты (2-го батальона). Я не помню сейчас, были ли противотанковые ружья в 4-й роте, но повторяю, что во всём 2-м батальоне было только 4 противотанковых ружья… Всего на участке 2-го батальона было 10—12 танков противника. Сколько танков шло (непосредственно) на участок 4-й роты, я не знаю, вернее, не могу определить…

Средствами полка и усилиями 2-го батальона эта танковая атака была отбита. В бою полк уничтожил 5—6 немецких танков, и немцы отошли. В 14—15 часов немцы открыли сильный артиллерийский огонь… и вновь пошли в атаку танками… На участках полка наступало свыше 50 танков, причём главный удар был направлен на позиции 2-го батальона, в том числе и участок 4-й роты, и один танк вышел даже в расположение командного пункта полка и зажёг сено и будку, так что я случайно смог выбраться из блиндажа: меня спасла насыпь железной дороги, около меня стали собираться люди, уцелевшие после атаки немецких танков. Больше всех пострадала 4-я рота: во главе с командиром роты Гундиловичем уцелели 20—25 человек. Остальные роты пострадали меньше.

16-го числа часов в 6 утра немец стал бомбить наш правый и левый фланги, и нам доставалось порядочно. Самолётов 35 нас бомбило.

После воздушной бомбардировки колонна автоматчиков из д. Красиково вышла… Потом сержант Добробабин, помкомвзвода был, свиснул. Мы по автоматчикам огонь открыли… Это было часов в 7 утра… Автоматчиков мы отбили… Уничтожили человек под 80.

После этой атаки политрук Клочков подобрался к нашим окопам, стал разговаривать. Поздоровался с нами. «Как выдержали схватку?» — «Ничего, выдержали.» Говорит: «Движутся танки, придётся ещё схватку терпеть нам здесь… Танков много идёт, но нас больше. 20 штук танков, не попадёт на каждого брата по танку.»

Мы все обучались в истребительном батальоне. Ужаса сами себе не придавали такого, чтобы сразу в панику удариться. Мы в окопах сидели. «Ничего, — говорит политрук, — сумеем отбить атаку танков: отступать некуда, позади Москва.»

Приняли бой с этими танками. С правого фланга били из противотанкового ружья, а у нас не было… Начали выскакивать из окопов и под танки связки гранат подбрасывать… На экипажи бросали бутылки с горючим. Что там рвалось, не знаю, только здоровые взрывы были в танках… Мне пришлось два танка подорвать тяжёлых. Мы эту атаку отбили, 15 танков уничтожили. Танков 5 отступили в обратную сторону в деревню Жданово… В первом бою на моём левом фланге потерь не было.

Политрук Клочков заметил, что движется вторая партия танков, и говорит: «Товарищи, наверное, помирать нам здесь придётся во славу родины. Пусть родина узнает, как мы дерёмся, как мы защищаем Москву. Москва — сзади, отступать нам некуда.» … Когда приблизилась вторая партия танков, Клочков выскочил из окопа с гранатами. Бойцы за ним… В этой последней атаке я два танка подорвал — тяжёлый и лёгкий. Танки горели. Потом под третий танк я подобрался… с левой стороны. С правой стороны Мусабек Сингербаев — казах — подбежал к этому танку… Тут меня ранило… Получил три осколочных ранения и контузию.

По архивным данным МО СССР, весь 1075-й стрелковый полк 16 ноября 1941 года уничтожил 15 (по другим данным — 16) танков и около 800 человек личного состава противника. Потери полка, согласно донесению его командира, составили 400 человек убитыми, 600 человек пропавшими без вести, 100 человек ранеными.

Показания председателя Нелидовского сельского совета Смирновой на следствии по делу панфиловцев:

Бой панфиловской дивизии у нашего села Нелидово и разъезда Дубосеково был 16 ноября 1941 года. Во время этого боя все наши жители, и я тоже в том числе, прятались в убежищах… В район нашего села и разъезда Дубосеково немцы зашли 16 ноября 1941 года и отбиты были частями Советской Армии 20 декабря 1941 года. В это время были большие снежные заносы, которые продолжались до февраля 1942 года, в силу чего трупы убитых на поле боя мы не собирали и похорон не производили.

…В первых числах февраля 1942 года на поле боя мы нашли только три трупа, которые и похоронили в братской могиле на окраине нашего села. А затем уже в марте 1942 года, когда стало таять, воинские части к братской могиле снесли ещё три трупа, в том числе и труп политрука Клочкова, которого опознали бойцы. Так что в братской могиле героев-панфиловцев, которая находится на окраине нашего села Нелидово, похоронено 6 бойцов Советской Армии. Больше трупов на территории Нелидовского с/совета не обнаруживали.


Немецкие танки атакуют советские позиции в районе Истры, 25 ноября 1941 года

Реконструкция боя

К концу октября 1941 года первый этап немецкой операции «Тайфун» (наступление на Москву) был завершён. Немецкие войска, разбив части трёх советских фронтов под Вязьмой, вышли на ближние подступы к Москве. В то же время немецкие войска понесли потери и нуждались в некоторой передышке для отдыха частей, приведения их в порядок и пополнения. Ко 2 ноября линия фронта на Волоколамском направлении стабилизировалась, немецкие части временно перешли к обороне. 16 ноября немецкие войска вновь перешли в наступление, планируя разгромить советские части, окружить Москву и победоносно закончить кампанию 1941 года.

316-я стрелковая дивизия занимала оборону на фронте Дубосеково — 8 км юго-восточнее Волоколамска, то есть примерно 18—20 километров по фронту, что для ослабленного в боях соединения было очень много. На левом фланге соседом была 126-я стрелковая дивизия, на правом — сводный полк курсантов Московского пехотного училища имени Верховного Совета РСФСР.

16 ноября дивизия была атакована силами 2-й танковой дивизии немцев с задачей улучшить позиции для наступления 5 армейского корпуса, намеченного на 18 ноября. Первый удар наносился двумя боевыми группами по позициям 1075-го стрелкового полка. На левый фланг, где занимал позиции 2-й батальон наступала более сильная 1-я боевая группа в составе танкового батальона с артиллерийскими и пехотными частями. Задачей дня было занять деревни Рождествено и Лысцево в 8 км к северу от разъезда Дубосеково.

1075-й стрелковый полк в предыдущих боях понёс значительные потери в личном составе и технике, однако перед новыми боями был существенно пополнен личным составом. Согласно показаниям командира полка полковника И. В. Капрова, в 4-й роте было 120—140 человек (по штату дивизии 04/600 в роте должно быть 162 человека). Окончательно не ясен вопрос с артиллерийским вооружением полка. По штату полк должен был иметь батарею из четырёх 76-миллиметровых полковых пушек и противотанковую батарею из шести 45-миллиметровых пушек. Есть сведения, что реально полк имел две 76-миллиметровые полковые пушки образца 1927 года, несколько 76-миллиметровых горных пушек образца 1909 года и 75-миллиметровых французских дивизионных пушек Mle.1897. Противотанковые возможности этих орудий были невысоки — полковые пушки пробивали всего 31 мм брони с 500 м, к горным пушкам вообще не полагалось бронебойных снарядов. Устаревшие французские пушки имели слабую баллистику, о наличии к ним бронебойных снарядов ничего не известно. В то же время известно, что в целом 316-я стрелковая дивизия на 16 ноября 1941 года имела двенадцать 45-миллиметровых противотанковых пушек, двадцать шесть 76-миллиметровых дивизионных пушек, семнадцать 122-миллиметровых гаубиц и пять 122-миллиметровых корпусных пушек, которые могли быть использованы в бою с немецкими танками. Своя артиллерия была и у соседа — 50-й кавалерийской дивизии.

Пехотные противотанковые средства полка были представлены 11 противотанковыми ружьями ПТРД (из них во 2-м батальоне — 4 ружья), гранатами РПГ-40 и бутылками с зажигательной смесью. Реальные боевые возможности этих средств были невысоки: противотанковые ружья отличались невысокой бронепробиваемостью, особенно при использовании патронов с пулями Б-32, и могли поражать немецкие танки только с близкой дистанции исключительно в борт и корму под углом, близким к 90 градусам, что в ситуации лобовой танковой атаки было маловероятным. К тому же бой под Дубосековом стал первым случаем применения противотанковых ружей этого типа, производство которых только начинало разворачиваться. Противотанковые гранаты были ещё более слабым средством — они пробивали до 15—20 мм брони при условии непосредственного прилегания к броневому листу, поэтому их рекомендовалось забрасывать на крышу танка, что в бою было очень непростой и крайне опасной задачей. Для увеличения поражающей способности этих гранат бойцы обычно связывали их вместе по несколько штук. Статистика показывает, что доля танков, уничтоженных противотанковыми гранатами, крайне невелика.

Утром 16 ноября немецкие танкисты провели разведку боем. По воспоминаниям командира полка полковника И. В. Капрова, «всего на участке батальона шло 10-12 танков противника. Сколько танков шло на участок 4-й роты, я не знаю, вернее, не могу определить… В бою полк уничтожил 5-6 немецких танков, и немцы отошли.» Затем противник подтянул резервы и с новой силой обрушился на позиции полка. Через 40-50 минут боя советская оборона была прорвана, и полк, по сути, был разгромлен. Капров лично собирал уцелевших бойцов и отводил их на новые позиции. По оценке командира полка И. В. Капрова, «в бою больше всех пострадала 4-я рота Гундиловича. Уцелело всего 20-25 чел. во главе с ротным из 140 чел. Остальные роты пострадали меньше. В 4-й стрелковой роте погибло больше 100 человек. Рота дралась героически». Таким образом, остановить противника у разъезда Дубосеково не удалось, позиции полка были смяты противником, а его остатки отошли на новый оборонительный рубеж. По советским данным, в боях 16 ноября весь 1075-й полк подбил и уничтожил 9 танков противника.


Прорыв немецких войск на Волоколамском направлении 16-21 ноября 1941 года. Красными стрелками отмечено продвижение 1-й боевой группы сквозь боевые порядки 1075-го стрелкового полка на участке Нелидово-Дубосеково-Ширяево, синими — второй. Пунктиром обозначены начальные позиции на утро, день и вечер 16 ноября (розовым, фиолетовым и синим, соответственно)

В общем итоге, в результате боёв 16-20 ноября на Волоколамском направлении советские войска остановили наступление двух танковых и одной пехотной дивизии вермахта. Поняв бесперспективность и невозможность достичь успеха в Волоколамском направлении, фон Бок перебросил 4-ю танковую группу на Ленинградское шоссе. Одновременно, 26 ноября, и 8-я гвардейская стрелковая дивизия также была переброшена на Ленинградское шоссе в район деревни Крюково, где, как и на Волоколамском шоссе, совместно с другими частями остановила 4-ю танковую группу вермахта.

Смотреть документальный фильм: «Панфиловцы. Правда о подвиге»


Вывод: решать конечно нам, где немного «приукрасили» историю, а где действительно правда.
В любом случаи ряд факторов говорит о том, что данная история и подвиг людей имеет право существовать….

Возникновение официальной версии

История возникновения официальной версии событий изложена в материалах расследования Главной военной прокуратуры . О подвиге героев впервые сообщила газета «Красная звезда» 27 ноября 1941 года в очерке фронтового корреспондента В. И. Коротеева . В статье об участниках боя говорилось, что «погибли все до одного, но врага не пропустили».

Свыше пятидесяти вражеских танков двинулись на рубежи, занимаемые двадцатью девятью советскими гвардейцами из дивизии им. Панфилова… Смалодушничал только один из двадцати девяти… только один поднял руки вверх… несколько гвардейцев одновременно, не сговариваясь, без команды, выстрелили в труса и предателя…

Далее в передовице говорилось, что оставшиеся 28 гвардейцев уничтожили 18 танков противника и «сложили свои головы - все двадцать восемь. Погибли, но не пропустили врага…» Передовая статья была написана литературным секретарём «Красной звезды» А. Ю. Кривицким . Фамилий сражавшихся и погибших гвардейцев, как в первой, так и во второй статье указано не было.

Критика официальной версии

Критики официальной версии, как правило, приводят следующие аргументы и предположения:

Материалы расследования

В ноябре 1947 года Военной прокуратурой Харьковского гарнизона был арестован и привлечён к уголовной ответственности за измену Родине И. Е. Добробабин . Согласно материалам дела, будучи на фронте, Добробабин добровольно сдался в плен немцам и весной 1942 года поступил к ним на службу. Служил начальником полиции временно оккупированного немцами села Перекоп Валковского района Харьковской области . В марте 1943 года при освобождении этого района от немцев Добробабин как изменник был арестован советскими органами, но из-под стражи бежал, вновь перешёл к немцам и опять устроился на работу в немецкой полиции, продолжая активную предательскую деятельность, аресты советских граждан и непосредственное осуществление принудительной отправки рабочей силы в Германию .

При аресте у Добробабина была найдена книга о 28 героях-панфиловцах, и оказалось, что он числится одним из главных участников этого героического боя, за что ему и присвоено звание Героя Советского Союза. Допросом Добробабина было установлено, что в районе Дубосекова он действительно был легко ранен и пленён немцами, но никаких подвигов не совершал, и всё, что написано о нём в книге о героях-панфиловцах, не соответствует действительности . В связи с этим Главная военная прокуратура СССР провела обстоятельное расследование истории боя у разъезда Дубосеково. Результаты были доложены Главным военным прокурором Вооружённых Сил страны генерал-лейтенантом юстиции Н. П. Афанасьевым Генеральному прокурору СССР Г. Н. Сафонову 10 мая 1948 года. На основании этого доклада 11 июня была составлена справка за подписью Сафонова, адресованная А. А. Жданову .

Впервые публично в достоверности истории о панфиловцах усомнился В. Кардин, опубликовавший в журнале «Новый мир » (февраль 1966) статью «Легенды и факты». В конце 1980-х годов последовал ряд новых публикаций. Важным аргументом стала публикация рассекреченных материалов расследования военной прокуратуры 1948 года .

В частности, в этих материалах содержатся показания бывшего командира 1075-го стрелкового полка И. В. Капрова:

…Никакого боя 28 панфиловцев с немецкими танками у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 года не было - это сплошной вымысел. В этот день у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона с немецкими танками дралась 4-я рота, и действительно дралась геройски. Из роты погибло свыше 100 человек, а не 28, как об этом писали в газетах. Никто из корреспондентов ко мне не обращался в этот период; никому никогда не говорил о бое 28 панфиловцев, да и не мог говорить, так как такого боя не было. Никакого политдонесения по этому поводу я не писал. Я не знаю, на основании каких материалов писали в газетах, в частности в «Красной звезде», о бое 28 гвардейцев из дивизии им. Панфилова. В конце декабря 1941 года, когда дивизия была отведена на формирование, ко мне в полк приехал корреспондент «Красной звезды» Кривицкий вместе с представителями политотдела дивизии Глушко и Егоровым. Тут я впервые услыхал о 28 гвардейцах-панфиловцах. В разговоре со мной Кривицкий заявил, что нужно, чтобы было 28 гвардейцев-панфиловцев, которые вели бой с немецкими танками. Я ему заявил, что с немецкими танками дрался весь полк и в особенности 4-я рота 2-го батальона, но о бое 28 гвардейцев мне ничего не известно… Фамилии Кривицкому по памяти давал капитан Гундилович, который вёл с ним разговоры на эту тему, никаких документов о бое 28 панфиловцев в полку не было и не могло быть. Меня о фамилиях никто не спрашивал. Впоследствии, после длительных уточнений фамилий, только в апреле 1942 года из штаба дивизии прислали уже готовые наградные листы и общий список 28 гвардейцев ко мне в полк для подписи. Я подписал эти листы на присвоение 28 гвардейцам звания Героя Советского Союза. Кто был инициатором составления списка и наградных листов на 28 гвардейцев - я не знаю.

Приведены также материалы допроса корреспондента Коротеева (проясняющие происхождение числа 28):

Примерно 23-24 ноября 1941 года я вместе с военным корреспондентом газеты «Комсомольская правда» Чернышевым был в штабе 16-й армии… При выходе из штаба армии мы встретили комиссара 8-й панфиловской дивизии Егорова, который рассказал о чрезвычайно тяжёлой обстановке на фронте и сообщил, что наши люди геройски дерутся на всех участках. В частности, Егоров привёл пример геройского боя одной роты с немецкими танками, на рубеж роты наступало 54 танка, и рота их задержала, часть уничтожив. Егоров сам не был участником боя, а рассказывал со слов комиссара полка, который также не участвовал в бою с немецкими танками… Егоров порекомендовал написать в газете о героическом бое роты с танками противника, предварительно познакомившись с политдонесением, поступившим из полка…

В политдонесении говорилось о бое пятой роты с танками противника и о том, что рота стояла «насмерть» - погибла, но не отошла, и только два человека оказались предателями, подняли руки, чтобы сдаться немцам, но они были уничтожены нашими бойцами. В донесении не говорилось о количестве бойцов роты, погибших в этом бою, и не упоминалось их фамилий. Этого мы не установили и из разговоров с командиром полка. Пробраться в полк было невозможно, и Егоров не советовал нам пытаться проникнуть в полк.

По приезде в Москву я доложил редактору газеты «Красная звезда» Ортенбергу обстановку, рассказал о бое роты с танками противника. Ортенберг меня спросил, сколько же людей было в роте. Я ему ответил, что состав роты, видимо, был неполный, примерно человек 30-40; я сказал также, что из этих людей двое оказались предателями… Я не знал, что готовилась передовая на эту тему, но Ортенберг меня ещё раз вызывал и спрашивал, сколько людей было в роте. Я ему ответил, что примерно 30 человек. Таким образом, и появилось количество сражавшихся 28 человек, так как из 30 двое оказались предателями. Ортенберг говорил, что о двух предателях писать нельзя, и, видимо, посоветовавшись с кем-то, решил в передовой написать только об одном предателе.

Допрошенный секретарь газеты Кривицкий показал:

При разговоре в ПУРе с т. Крапивиным он интересовался, откуда я взял слова политрука Клочкова, написанные в моём подвале: «Россия велика, а отступать некуда - позади Москва», - я ему ответил, что это выдумал я сам…

…В части же ощущений и действий 28 героев - это мой литературный домысел. Я ни с кем из раненых или оставшихся в живых гвардейцев не разговаривал. Из местного населения я говорил только с мальчиком лет 14-15, который показал могилу, где похоронен Клочков.

…В 1943 году мне из дивизии, где были и сражались 28 героев-панфиловцев, прислали грамоту о присвоении мне звания гвардейца. В дивизии я был всего три или четыре раза.

Вывод расследования прокуратуры:

Таким образом, материалами расследования установлено, что подвиг 28 гвардейцев-панфиловцев, освещённый в печати, является вымыслом корреспондента Коротеева, редактора «Красной звезды» Ортенберга и в особенности литературного секретаря газеты Кривицкого.

Поддержка официальной версии

В защиту официальной версии выступил маршал Советского Союза Д. Т. Язов , опиравшийся, в частности, на исследование историка Г. А. Куманёва «Подвиг и подлог». В сентябре 2011 года газета «Советская Россия» опубликовала материал «Бесcтыдно осмеянный подвиг», включавший письмо маршала c критикой Мироненко . Это же письмо с небольшими сокращениями опубликовала и «Комсомольская правда» :

… Оказалось, что не все «двадцать восемь» оказались погибшими. Что из этого? То, что шестеро из двадцати восьми названных героев, будучи ранеными, контуженными, вопреки всему выжили в бою 16 ноября 1941 года, опровергает тот факт, что у разъезда Дубосеково была остановлена танковая колонна врага, рвавшаяся к Москве? Не опровергает. Да, действительно, впоследствии стало известно, что в том бою погибли не все 28 героев. Так, Г. М. Шемякин и И. Р. Васильев были тяжело ранены и оказались в госпитале. Д. Ф. Тимофеев и И. Д. Шадрин ранеными попали в плен и испытали на себе все ужасы фашистской неволи. Непростой была судьба Д. А. Кужебергенова и И. Е. Добробабина, также оставшихся в живых, но по разным причинам исключённых из списка Героев и до настоящего времени не восстановленных в этом качестве, хотя их участие в бою у разъезда Дубосеково в принципе не вызывает сомнений, что убедительно доказал в своём исследовании доктор исторических наук Г. А. Куманёв, лично встречавшийся с ними. … К слову сказать, судьба именно этих «воскресших из мёртвых» героев-панфиловцев послужила поводом для написания в мае 1948 года письма Главного военного прокурора генерал-лейтенанта юстиции Н. П. Афанасьева секретарю ЦК ВКП(б) А. А. Жданову…

Однако Андрей Александрович Жданов … сразу определил, что все материалы «расследования дела 28 панфиловцев», изложенные в письме Главного военного прокурора, подготовлены слишком топорно, выводы, что называется, «шиты белыми нитками». … В результате дальнейшего хода «делу» дано не было, и оно было отправлено в архив…

Д. Язов привёл слова корреспондента «Красной Звезды» А. Ю. Кривицкого, обвинённого в том, что подвиг 28 панфиловцев - плод его авторского воображения. Вспоминая о ходе расследования, А. Ю. Кривицкий сообщил:

Мне было сказано, что если я откажусь от показания, что описание боя у Дубосеково полностью выдумал я и что ни с кем из тяжелораненых или оставшихся в живых панфиловцев перед публикацией статьи не разговаривал, то в скором времени окажусь на Печоре или Колыме. В такой обстановке мне пришлось сказать, что бой у Дубосеково - мой литературный вымысел.

Документальные свидетельства о бое

Командир 1075-го полка И. Капров (показания, данные на следствии по делу панфиловцев):

…В роте к 16 ноября 1941 года было 120-140 человек. Мой командный пункт находился за разъездом Дубосеково, 1,5 км от позиции 4-й роты (2-го батальона). Я не помню сейчас, были ли противотанковые ружья в 4-й роте, но повторяю, что во всём 2-м батальоне было только 4 противотанковых ружья… Всего на участке 2-го батальона было 10-12 танков противника. Сколько танков шло (непосредственно) на участок 4-й роты, я не знаю, вернее, не могу определить…

Средствами полка и усилиями 2-го батальона эта танковая атака была отбита. В бою полк уничтожил 5-6 немецких танков, и немцы отошли. В 14-15 часов немцы открыли сильный артиллерийский огонь… и вновь пошли в атаку танками… На участках полка наступало свыше 50 танков, причём главный удар был направлен на позиции 2-го батальона, в том числе и участок 4-й роты, и один танк вышел даже в расположение командного пункта полка и зажёг сено и будку, так что я случайно смог выбраться из блиндажа: меня спасла насыпь железной дороги, около меня стали собираться люди, уцелевшие после атаки немецких танков. Больше всех пострадала 4-я рота: во главе с командиром роты Гундиловичем уцелели 20-25 человек. Остальные роты пострадали меньше.

По архивным данным МО СССР, весь 1075-й стрелковый полк 16 ноября 1941 года уничтожил 15 (по другим данным - 16) танков и около 800 человек личного состава противника. Потери полка, согласно донесению его командира, составили 400 человек убитыми, 600 человек пропавшими без вести, 100 человек ранеными .

Показания председателя Нелидовского сельского совета Смирновой на следствии по делу панфиловцев:

Бой панфиловской дивизии у нашего села Нелидово и разъезда Дубосеково был 16 ноября 1941 года. Во время этого боя все наши жители, и я тоже в том числе, прятались в убежищах… В район нашего села и разъезда Дубосеково немцы зашли 16 ноября 1941 года и отбиты были частями Советской Армии 20 декабря 1941 года. В это время были большие снежные заносы, которые продолжались до февраля 1942 года, в силу чего трупы убитых на поле боя мы не собирали и похорон не производили.

…В первых числах февраля 1942 года на поле боя мы нашли только три трупа, которые и похоронили в братской могиле на окраине нашего села. А затем уже в марте 1942 года, когда стало таять, воинские части к братской могиле снесли ещё три трупа, в том числе и труп политрука Клочкова, которого опознали бойцы. Так что в братской могиле героев-панфиловцев, которая находится на окраине нашего села Нелидово, похоронено 6 бойцов Советской Армии. Больше трупов на территории Нелидовского с/совета не обнаруживали.

Из записки генерал-полковника С. М. Штеменко министру Вооружённых сил СССР Н. А. Булганину 28 августа 1948 года :

Каких-либо оперативных документов и документов по линии политических органов, конкретно упоминающих о действительно имевшем место героическом подвиге и гибели 28 панфиловцев в районе разъезда Дубосеково, не найдено совершенно… Только один документ подтверждает гибель политрука 4-й роты Клочкова (упоминающегося в числе 28-ми). Следовательно, можно с полной очевидностью считать, что первые сообщения о бое 28-ми панфиловцев 16 ноября 1941 года были сделаны газетой „Красная Звезда“, в которой были опубликованы очерк Коротеева, передовая газеты и очерк Кривицкого „О 28 павших героях“. Эти сообщения, видимо, и послужили основанием на представление 28-ми человек к званию Героев Советского Союза.

Реконструкция боя

К концу октября 1941 года первый этап немецкой операции «Тайфун» (наступление на Москву) был завершён. Немецкие войска, разбив части трёх советских фронтов под Вязьмой , вышли на ближние подступы к Москве. В то же время немецкие войска понесли потери и нуждались в некоторой передышке для отдыха частей, приведения их в порядок и пополнения. Ко 2 ноября линия фронта на Волоколамском направлении стабилизировалась, немецкие части временно перешли к обороне. 16 ноября немецкие войска вновь перешли в наступление, планируя разгромить советские части, окружить Москву и победоносно закончить кампанию 1941 года.

Судьба некоторых панфиловцев

  • Момышулы, Бауыржан . После войны отважный офицер продолжал службу в Вооружённых Силах СССР. В 1948 году он окончил Военную академию Генерального штаба. С 1950 года - старший преподаватель Военной академии тыла и снабжения Советской Армии. С декабря 1955 года полковник Момыш-улы - в запасе. Член Союза писателей СССР. Вошёл в историю военной науки как автор тактических манёвров и стратегий, которые изучаются в военных ВУЗах до сих пор. Читал лекции по боевой подготовке во время визита на Кубу в 1963 году (опубликованы в испаноязычных газетах). Встречался с Министром обороны Кубы Раулем Кастро и был удостоен звания почётного командира 51-го полка Революционных Вооружённых Сил Кубы. В военных учебных заведениях США, Кубы, Израиля, Никарагуа отдельно изучается военный опыт Момышулы. "Волоколамское шоссе" стало книгой обязательного чтения для членов Пальмах, и позднее для офицеров Армии Обороны Израиля. Фернандо Эредиа писал, что "большинство кубинцев начинают изучение Марксизма-Ленинизма с "Волоколамского шоссе".Скончался 10 июня 1982 года.

Алма-Ата , парк имени 28 гвардейцев-панфиловцев . Памятный камень, посвящённый Григорию Шемякину, родившемуся в 1906 (по старому стилю) или в 1907 (по новому стилю) году и фактически умершему в 1973 году, но на камне выгравирован год смерти как 1941, так как, по официальной версии, все 28 панфиловцев погибли.

  • Кожабергенов (Кужебергенов) Даниил Александрович . Связной политрука Клочкова. В бою непосредственно не участвовал, так как утром был отправлен с донесением в Дубосеково, где и попал в плен. Вечером 16 ноября бежал из плена в лес. Некоторое время находился на оккупированной территории, после чего был обнаружен конниками генерала Л. М. Доватора , находившимися в рейде по немецким тылам. После выхода соединения Доватора из рейда был допрошен особым отделом , признал, что не участвовал в бою, и был отправлен назад в дивизию Доватора. К этому времени уже было составлено представление на присвоение ему звания Героя, но после расследования его имя было заменено на Аскара Кожабергенова. Умер в 1976 году.
  • Кожабергенов (Кужебергенов) Аскар (Алиаскар) . Прибыл в дивизию Панфилова в январе 1942 года (таким образом, не мог участвовать в бою у Дубосекова). В том же месяце погиб во время рейда панфиловской дивизии по немецким тылам. Включён в представление на присвоение звания Героя вместо Кожабергенова Даниила Александровича, после того как выяснилось, что последний остался жив. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 июля 1942 вместе с другими панфиловцами удостоен звания Героя Советского Союза посмертно.
  • Васильев, Илларион Романович . В бою 16 ноября был тяжело ранен и попал в госпиталь (по разным версиям, был либо эвакуирован с поля боя, либо после боя подобран местными жителями и отправлен в госпиталь, либо полз трое суток и был подобран конниками Доватора). После выздоровления был направлен в действующую армию, в тыловое подразделение. В 1943 году был демобилизован из армии по состоянию здоровья. После публикации Указа о присвоении ему звания Героя (посмертно) заявил о своём участии в бою. После соответствующей проверки без особой огласки получил звезду Героя. Умер в 1969 году в Кемерове .
  • Натаров, Иван Моисеевич . Согласно статьям Кривицкого, он участвовал в бою у Дубосекова, был тяжело ранен, доставлен в госпиталь и, умирая, рассказал Кривицкому о подвиге панфиловцев. Согласно политдонесению военкома 1075-го стрелкового полка Мухамедьярова, хранящемуся в фондах ЦАМО , погиб за два дня до боя - 14 ноября. Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР от 21 июля 1942 вместе с другими панфиловцами удостоен звания Героя Советского Союза посмертно.
  • Тимофеев, Дмитрий Фомич . В ходе боя был ранен и попал в плен. В плену ему удалось выжить, после окончания войны вернулся на родину. Претендовал на получение звезды Героя, после соответствующей проверки получил её без большой огласки незадолго до смерти в 1950 году.
  • Шемякин, Григорий Мелентьевич . В ходе боя был ранен и оказался в госпитале (есть информация, что его подобрали бойцы дивизии Доватора). После публикации Указа о присвоении ему звания Героя (посмертно) заявил о своём участии в бою. После соответствующей проверки без особой огласки получил звезду Героя. Умер в 1973 году в Алма-Ате .
  • Шадрин, Иван Демидович . После боя 16 ноября попал в плен в бессознательном, по собственному заявлению, состоянии. До 1945 года находился в концлагере , после освобождения ещё 2 года провёл в советском фильтрационном лагере для бывших военнопленных . В 1947 году вернулся домой в Алтайский край , где его никто не ждал - он считался погибшим, а жена жила в его доме с новым мужем. Два года перебивался случайными заработками, пока в 1949 году узнавший его историю секретарь райкома не написал о нём Председателю Президиума Верховного Совета СССР. После соответствующей проверки без особой огласки получил звезду Героя. Умер в 1985 году.

Память

См. также

Примечания

  1. М. М. Козлов. Великая Отечественная война. 1941-1945. Энциклопедия. - М .: Советская энциклопедия, 1985. - С. 526.
  2. Справка-доклад «О 28 панфиловцах» . Государственный архив РФ. Ф.Р - 8131 сч. Оп. 37. Д. 4041. Лл. 310-320. Опубликовано в журнале «Новый Мир», 1997, № 6, с.148
  3. «С поправкой на миф» ПОИСК - газета российского научного сообщества
  4. Пономарев Антон . Героев-панфиловцев, которые в 1941 году остановили немцев на подступах к Москве, вспоминают в России , Первый канал (16 ноября 2011). Проверено 16 ноября 2012.
  5. Гороховский А. Знаменитый подвиг двадцати восьми панфиловцев у разъезда Дубосеково был придуман журналистами «Красной звезды» и партийным руководством Красной армии // Факты : газета. - 17.11.2000.
  6. В частности, потеря 10 танков 6 ноября 1941 года в боях под Мценском произвела сильное негативное впечатление на командование 4-й танковой дивизии и была особо отмечена в мемуарах Гудериана - Коломиец М . 1-я гвардейская танковая бригада в боях за Москву // Фронтовая иллюстрация. - № 4. - 2007.
  7. «Красноармеец Натаров, будучи ранен, продолжил бой и вёл бой и вёл огонь из своей винтовки до последнего дыхания и героически погиб в бою.» Политическое донесение А. Л. Мухамедьярова от 14 ноября 1941 года. Опубликовано: Жук Ю. А . Неизвестные страницы битвы за Москву. Московская битва. Факты и мифы. - М.: АСТ, 2008.
  8. Бесcтыдно осмеянный подвиг // Советская Россия. - 1.9.2011.
  9. Маршал Дмитрий Язов: «28 героев-панфиловцев - выдумка? А кто же тогда немцев остановил?» // Комсомольская правда. - 15.9.2011.
  10. Кардин В . Легенды и факты. Годы спустя // Вопросы литературы. - № 6, 2000.
  11. Стенограмма передачи «Цена победы» 16.10.2006 . Радио «Эхо Москвы». Автор - Мартынов Андрей Викторович, историк, к.ф.н. (Проверено 16 ноября 2012)
  12. Исаев А. Пять кругов ада. Красная армия в «котлах». - М .: Яуза, Эксмо, 2008. - С. 327.
  13. Федосеев С. Пехота против танков // Вокруг Света : журнал. - Апрель 2005. - № 4 (2775).
  14. Широкорад А. Б. . Бог войны Третьего рейха. - М.: 2003. - С. 38-39.
  15. Чужая слава // Военно-исторический журнал. - 1990. - № 8, 9.
  16. См. материал в программе «Искатели» от 19 марта 2008 [уточнить ]
  17. Добробабин во время следствия по вопросу о реабилитации заявлял: «Я действительно служил в полиции, понимаю, что совершил преступление перед Родиной»; подтверждал, что в страхе перед наказанием добровольно покинул село Перекоп с отступающими немцами. Он утверждал также, что у него «не имелось реальных возможностей перейти на сторону советских войск или уйти в партизанский отряд», что было сочтено не соответствующим обстоятельствам дела.

Реальный ход событий стал известен – правда, очень ограниченному кругу людей – уже в 1948 году, во время суда над одним из, участников того легендарного боя Иваном Добробабиным. Панфиловца судили за сотрудничество с немецкими оккупантами. Широкой общественности материалы процесса стали доступны в 1990 году благодаря российскому историку Борису Соколову. Как выяснилось, в легенде о панфиловцах почти все – неправда. Бойцов, участвовавших в сражении, было не 28, а около 140. Количество подбитых ими танков сильно преувеличено. Через несколько часов Дубосеково было захвачено немцами, так что о том, что панфиловцы остановили врага, говорить не приходится. В бою были выжившие, но сам факт их существования противоречил легенде. И страна, ради которой они проливали кровь на поле боя, обошлась с ними не лучше, чем с дезертирами. Искажение фактов просто чудовищное. И вся ответственность за него лежит не на абстрактной «машине пропаганды», а на конкретных людях:" корреспонденте «Красной звезды» Владимире Коротееве и главном редакторе этой газеты Давиде Ортенберге.

23–24 ноября 1941 года Владимир Коротеев вместе еще с одним журналистом, репортером «Комсомольской правды», беседовал с Рокоссовским в штабе 16-й армии. Предметом беседы был героизм солдат, отдающих все свои силы защите Отечества. Журналистам предложили написать репортаж «из окопа», однако на передовую их все-таки не пустили. Пришлось довольствоваться материалами «из вторых рук». В штабе они познакомились с комиссаром панфиловской дивизии Егоровым. Рассказывая о героизме солдат, Егоров привел пример боя одной из рот с немецкими танками и предложил написать об этом сражении. Точное число бойцов роты комиссар не знал. Он сообщил только о двух случаях предательства. Вечером в редакции материал подработали, остановились на том, что в роте должно было остаться примерно 30 бойцов. Число 28 получили путем простого вычитания: ведь двое были предателями, а не героями. К тому же очередной номер выходил 28 ноября, так что получался красивый заголовок. Ни редактор, ни автор статьи не могли предположить, какие последствия будет иметь выход заметки… Тема панфиловцев быстро стала популярной. Появился еще ряд очерков о героях-панфиловцах (правда, сам Коротеев к теме больше не возвращался, ее передали другому журналисту, Кривицкому). Легенда очень понравилась Сталину, и всем 28 панфиловцам было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Что же на самом деле произошло у разъезда Дубосеково? И в чем состоял подвиг панфиловцев? Мнение историков таково: действительно, бойцы панфиловской дивизии проявили героизм, задержав наступление танков на четыре часа и позволив командованию подтянуть войска для решающей битвы. Однако славу заслужил весь батальон, а не только знаменитая 4-я рота 1075-го полка 316-й стрелковой дивизии. И главный подвиг бойцов – то, что они, преодолев страх перед танками, при минимальном техническом обеспечении (на всю роту, по некоторым данным, приходилось всего два противотанковых ружья!) сумели остановить танковую колонну.

Как свидетельствуют материалы следствия, рота 16 ноября 1941 года готовилась не к обороне, а к контрнаступлению. Но не успели: немцы пошли в атаку раньше. Несмотря на то что выжившие участники боя должны были представить точные сведения, историки до сих пор не могут прийти к единому мнению относительно состава немецких войск, участвовавших в атаках. Одни полагают, что в бою были задействованы только танки без поддержки пехоты. Другие настаивают на том, что бронетехнику поддерживали пехотинцы. Да и количество танков варьирует от 20 до 70. Еще более странно то, что до сих пор предметом споров является имя командира панфиловцев. Согласно одной из версий, командование принял на себя помкомвзвода И. Е. Добробабин и только после его ранения к панфиловцам сумел добраться политрук 4-й роты В. Г. Клочков, посланный командиром роты Гундиловичем. На участок, который защищали панфиловцы, во время первой атаки двинулось пять-шесть танков (вошедшие в легенду 20 танков – это общая численность техники, атаковавшей весь полк). Второй взвод, которым командовал Добробабин, сумел подбить один из них. А в целом на участке роты благодаря мужеству бойцов было подбито пять или шесть танков. Немцы отступили. В следующую атаку уже пошло несколько линий танков, по 15–20 в каждой. Второй бой длился около 40 минут и закончился полным разгромом. На поле боя осталось 15 немецких танков (позже к ним приписали еще три и договорились, что все танки были подбиты именно бойцами четвертой роты). А из роты, в которой перед боем насчитывалось 120–140 бойцов, осталось в строю всего несколько человек. Некоторые погибли, другие сдались в плен.

После сражения по полю боя прошла немецкая похоронная команда. Были обнаружены и взяты в плен И. Д. Шадрин (без сознания) и Д. Ф. Тимофеев (тяжелораненый). Есть сведения, что Шадрин пролежал на поле боя шесть дней, пока немцы не установили, что он жив. Еще двоих тяжелораненых – И. М. Натарова и И. Р. Васильева – местные жители доставили в медсанбат. Г. М. Шемякин, периодически теряя сознание, полз, пока в лесу его не обнаружили конники генерала Доватора. Было и еще двое выживших: Д. А. Кожубергенов (Кожабергенов) и И. Е. Добробабин.

Судьба уцелевших героев сложилась по-разному. Натаров скончался в медсанбате от полученных ран. Оставшиеся в живых шестеро панфиловцев попытались о себе напомнить: Васильев и Шемякин – после выписки из госпиталей, Шадрин и Тимофеев – позже, пройдя все ужасы концлагерей. К «воскресшим» героям отнеслись крайне настороженно. Ведь вся страна знала, что все участники боя у Дубосекова пали смертью храбрых. Начались беспрестанные проверки, допросы, издевательства. Особенно враждебно отнеслись к Шадрину и Тимофееву: попасть в плен для советского солдата было равносильно предательству Родины. Однако со временем все четверо получили свои Золотые Звезды – кто раньше, кто позже.

Гораздо трагичнее сложилась судьба еще двоих панфиловцев: Д. А. Кожубергенова и И. Е. Добробабина. Даниил Александрович Кожубергенов был связным политрука 4-й роты В. Г. Клочкова. В бою он был контужен, в бессознательном состоянии попал в плен к немцам, но уже через несколько часов сумел бежать, наткнулся на конников Доватора и вместе с ними прорвался из окружения. Узнав из газет о том, что его считают погибшим, он первым из панфиловцев заявил о себе. Но вместо награждения его арестовали. Следователь Соловейчик под дулом пистолета заставил Кожубергенова расписаться в «самозванстве». Его отправили в маршевую роту, но после тяжелого ранения под Ржевом списали, и он вернулся в Алма-Ату. А для того чтобы избежать проблем в будущем, решили «подкорректировать» список героев. Так вместо Даниила Александровича Кожубергенова появился Аскар Кожебергенов. Ему даже придумали биографию. А настоящий участник сражения так и умер «самозванцем» в 1976 году. Он до сих пор не реабилитирован и официально не признан.

И. Е. Добробабин во время боя был контужен и присыпан землей. Вероятно, поэтому похоронная команда немцев его сразу не обнаружила. Ночью он очнулся и отполз к лесу. Когда, пытаясь найти своих, Добробабин зашел в село, его схватили немцы и отправили в Можайский лагерь. При эвакуации лагеря он сумел сбежать из поезда, выломав доски и выпрыгнув на полном ходу. Прорваться к своим было невозможно: все окрестные села заняли немцы. Тогда Добробабин решил пробраться в родное село Перекоп в Украине. Немцев в Перекопе не оказалось, и он поселился у своего больного брата Григория, который помог ему через сочувствовавшего советской власти старосту П. Зинченко получить справку о постоянном проживании в этом селе. Но вскоре последовал донос, и Добробабина отправили в Левандаловский лагерь. Видимо, среди немцев тоже встречались взяточники, потому что родственникам удалось выкупить его оттуда. Но в августе 1942 году появился приказ об отправке специалистов на работы в Германию. Родственники уговорили его согласиться на должность полицая в деревне: и в Германию ехать не придется, и своим помочь можно. Это решение чуть не стало роковым. Когда в 1943 году при отступлении немцев Добробабин вырвался к своим и, явившись в полевой военкомат в селе Тарасовка Одесской области, рассказал лейтенанту Усову все, на его честь легло несмываемое подозрение. После проверки, не обнаружившей факта измены Родине, его зачислили в звании сержанта в 1055-й полк 297-й дивизии. Добробабин не раз отличался в боях и был награжден орденом Славы 3-й степени. Но Звезду Героя ему дать отказались, несмотря на ходатайство начальника контрразведки 2-го Украинского фронта.

После демобилизации Добробабин вернулся в город Токмак, где жил до войны. Здесь его именем была названа улица и стоял памятник ему в полный рост. Но живой герой оказался никому не нужен. Более того, Иван Добробабин был репрессирован как бывший полицейский. Его арестовали и судили 8–9 июня 1948 года. За «измену Родине» Добробабин был приговорен к 25 годам лагерей. Впрочем, этот срок снизили до 15 лет (все-таки один из 28 панфиловцев). По представлению суда в Москве его лишили звания Героя Советского Союза. На процесс не вызвали ни одного свидетеля из села Перекоп (40 км от Харькова, где проходил суд), которые подтвердили бы его борьбу с немцами. Адвоката «предателю» тоже не дали. Герой-панфиловец отправился в лагеря… У памятника Добробабину отрезали голову, приварили другую, тоже героя-панфиловца, только погибшего.

Добробабин вышел на свободу досрочно через 7 лет, так и лишенный всех наград. Имя его нигде не называлось (его считали погибшим), а в I960 году официально запретили упоминать о Добробабине. Много лет московский военный историк Г. Куманев хлопотал о реабилитации героя. И добился своего: в 1993 году Верховный суд Украины реабилитировал Добробабина. А уже после смерти Ивана Евстафьевича (он умер 19 декабря 1996 г.) ему вернул звание Героя Советского Союза так называемый «Постоянно действующий Президиум Съезда народных депутатов СССР» во главе с Сажи Умалатовой.

А ставшая крылатой фраза политрука Клочкова целиком на совести журналистов. Панфиловская дивизия формировалась преимущественно из казахов, киргизов и узбеков, русских в ней было гораздо меньше половины. Многие почти не знали русского языка (только основные команды). Так что произносить патетические речи перед ротой политрук Клочков вряд ли стал бы: во-первых, добрая половина бойцов ничего бы не поняла, во-вторых, грохот от разрывов стоял такой, что даже команды не всегда слышали.

Статьи по теме: